X Международная студенческая научная конференция
«Студенческий научный форум» - 2018
 
     

РОЛЬ ЛАТИНСКОГО ЯЗЫКА В ЖИЗНИ И ТВОРЧЕСТВЕ М. В. ЛОМОНОСОВА
Невечеря Т.С., Щеглова О.М.
Текст научной работы размещён без изображений и формул.
Полная версия научной работы доступна в формате PDF


Латинский язык был государственным языком многоплеменной Римской империи, занимавшей к III в. н.э. огромную территорию вокруг Средиземного моря. Латинский язык оказался единственным в её западной части языком культуры. Своё значение он сохранил и после падения Западной Римской империи в V в. под натиском варварских племён. Вплоть до XII-XIII вв. латинский язык оставался единственным литературным языком, орудием художественного творчества и научной мысли, языком католической религии.

Письменный латинский язык при всём разнообразии областей, в которых он применялся, не утрачивал своего единства: владение им открывало для его носителей возможность взаимного живого общения, как в романизированных странах, так и за их пределами. В превосходной хрестоматии средневековой латинской литературы говорится, что по-латыни не только писали, но и говорили, это был разговорный язык, объединявший немногочисленных образованных людей того времени; на латинском писались не только трактаты и жития, но и обличительные проповеди, и содержательные исторические сочинения, и вдохновенные стихи [2, с. 5].

Латинский язык на протяжении многих веков до эпохи Возрождения безупречно выполнял функции международного языка, как в науке, так и в поэзии. В эпоху Возрождения развивается литература на возникающих национальных языках. Постепенное и неуклонное отступление латинского языка в этой области необходимо признать положительным моментом культурного развития. Иначе обстоит дело в научной области. Наука по самой своей природе интернациональна, и для нее наличие наряду с национальными языками единого языка, служащего целям международного общения, является благотворным фактором. Поэтому позиции латинского языка оказались более устойчивыми, и он сохранял свое значение и тогда, когда национальные языки Европы, заимствуя латинскую и латинизированно-греческую лексику, стали эффективными орудиями научного творчества.

Эпохой гармонического симбиоза латинского языка как международного и национальных языков как его равноценных преемников был XVIII век. Примером тому может служить научная деятельность М.В. Ломоносова. С латинским языком Ломоносов связал бóльшую часть своей жизни. Как известно, М.В. Ломоносов изучил латинский язык в Славяно-греко-латинской Академии в Москве, куда он был зачислен 15 января 1731 года. В ноябре 1735 года Ломоносов был в числе 12 лучших учеников Славяно-греко-латинской Академии назначен для продолжения образования в новообразованной Петербургской Академии Наук.

В Академии Наук Ломоносов пробыл всего восемь месяцев, а в Марбургском университете, куда он попал затем в 1736 г. и где прошла основная часть лет его заграничного ученья.

Свое не только начальное, но и окончательное образование в латинском языке М.В. Ломоносов получил в Москве, в те неполные пять лет обучения в Славяно-греко-латинской Академии. Учащимся коллегий, академий и университетов запрещалось, под страхом наказания (обычно – лишения ужина), говорить не по-латыни, причём не только на занятиях, но и на переменах, и во вне учебное время – кроме праздников и воскресных дней, и то на усмотрение начальства (имелось в виду, что в воскресенье ученика могут навестить родители). Прежде чем употребить хотя бы одно слово на каком-либо из новых языков, учащийся должен был спросить отдельное разрешение, а так как ученики и студенты, как правило, проживали в пансионатах, то это значило, что учащиеся несколько лет подряд говорили по-латыни почти круглые сутки. Неудивительно, что все прошедшие такую школу приобретали основательные познания в латинском языке, фактически все они приучались не только свободно говорить, но и думать по-латыни.

Считается, что первое дошедшее до нас стихотворение Ломоносова было написаны им в Славяно-греко-латинской Академии (предположительно в 1732-1734 гг.). Считается, что греческого в Академии в то время (и до 1738 г.) не было, однако Ломоносов в какой-то степени научился в Академии и греческому языку.

М.В. Ломоносов отличался необычайно широкими интересами и разносторонними знаниями. Замечательный ученый-естествоиспытатель, он внес значительный вклад в развитие химии и физики. Пробовал себя Ломоносов и в литературной деятельности: им написано множество стихотворных произведений. Больших успехов ученый достиг и в области перевода.

Переводы составляют очень существенную часть творческого наследия Михаила Васильевича Ломоносова. Он переложил на русский язык многие произведения как научного, так и поэтического характера. В арсенале талантливого естествоиспытателя было несколько европейских языков, латынь и древнегреческий. Очень помогали ученому в переводах великолепное владение родной речью и навыки стихосложения.

Пользуясь, как правило, латинским языком в своих работах по химии, физики, астрономии, минералогии, Ломоносов многие из этих работ переводит на русский язык и этими переводами, равно как и переводом «Экспериментальной физики» Вольфа, создает основание русской естественнонаучной терминологии. Русскому языку по понятным причинам он отдает предпочтение в работах по отечественной истории, но научную полемику и в этой области, обращенную к академической общественности, ведет на латинском языке. К латинскому он прибегает и в научной переписке, обращенной к иностранным ученым – Эйлерут, Формею, в благодарственном послании к шведской Академии наук. Для Ломоносова латинский язык был в полном смысле слова живым языком – двигателем творческой мысли, тем самым заключающим в себе неисчерпаемый источник развития новых и новых выразительных возможностей [1].

В научном творчестве М.В. Ломоносова важное место занимают самые разные вопросы, связанные с областью медицины. Это – и проблемы этиологии болезней и сохранения здоровья населения, рассмотренные с различных позиций (демографических, безопасности труда, экстремальных условий и др.), и обеспечение страны медицинской помощью, и развитие медицинского образования в России. Труды Ломоносова, затрагивающие медицинские проблемы, были полны свежих идей и оригинальных подходов к решению задач.

Учёный понимал и отмечал в своих трудах, что медицина как наука о болезнях и их лечении основана на знании строения и жизнедеятельности организма в его нормальном состоянии. Без этого знания не может быть достигнута основная цель медицины – исцеление болезней. Для излечения болезней необходимо понять их непосредственную причину, а «причины нарушенного здравия», по словам Ломоносова, медицина «чрез познание свойств тела человеческого достигает».

Во многих своих трудах великий естествоиспытатель касался этиологии болезней и, усматривая в них материальную причину, в отличие от господствующих в середине XVIII века взглядов, обращал внимание на влияние различных климатических факторов на возникновение нарушений в человеческом организме.

Обобщая опыт предшественников и свой личный, Ломоносов стремился найти средства, помогающие сохранить здоровье людей в экстремальных условиях. Так, в инструкции для членов экспедиции, посланной на поиски Северного морского пути, Ломоносов говорит о необходимости снабдить экспедицию запасами продуктов для предупреждения цинги, напоминая о таких проверенных опытом противоцинготных средствах, как северные ягоды (морошка) и свежее мясо.

Много внимания Ломоносов уделял профилактике болезней. В частности, в работе «Первые основания металлургии или рудных дел» (1741 г.) он предлагал конкретные меры для облегчения тяжёлых условий труда в шахтах. Например, считал необходимым создать искусственную вентиляцию, разработал систему естественной вентиляции и ряд приспособлений для безопасного труда, придумал специальную защитную одежду, предлагал создать места отдыха в шахтах, ввести семичасовой рабочий день и запретить труд детей.

М.В. Ломоносов внес огромный вклад в обоснование принципов и в разработку русской терминологии (1711-1765 гг.). Огромная, поистине титаническая работа была проделана в XVIII в. русскими врачами-переводчиками – преподавателями медицинских учебных заведений. Именно им в первую очередь принадлежит заслуга создания русской научной медицинской терминологии. Им приходилось преодолевать значительные трудности при передаче средствами родного языка наименований, основных понятий, выработанных западноевропейскими врачами, включая классицизмы и неоклассицизмы.

Исторически сложилось так, что у истоков медицинского образования в России стояли иноземные лекари. Ломоносов считал, что нужно расширить все практиковавшиеся способы подготовки медиков: и учёбу в иностранных университетах, и прикрепление русских юношей к иностранным врачам с требованием учить их «с великим прилежанием, ничего не тая». «Медицинской канцелярии, – писал Ломоносов, – подтвердить накрепко, чтобы как в аптеках, так и при лекарях было довольное число учеников российских, коих бы они в определенное время своему искусству обучали и сенату представляли». Но и этого было недостаточно. Нужно было учить врачей в России в специальных учебных заведениях. Поэтому Ломоносов настойчиво добивался создания университета с медицинским факультетом, который был одним из трёх факультетов (наряду с философским и юридическим), с которых, по проекту Ломоносова и начался Московский университет.

В Уставе университета первым условием было «знание курса свободных наук и возможность по-латыни свободно и вразумительно изъясняться словом и письменно». Первые 13 лет, до 1768 года, языком преподавания был исключительно латинский язык (а однажды Конференция Университета – в ту пору высший орган – вынесла поистине золотую резолюцию: «Основная цель основания Московского Университета есть изучение латинского языка».

В январе 1758 г. юный Фонвизин был, в числе нескольких учеников гимназии при Московском университете, представлен в присутствии Ломоносова Ивану Ивановичу Шувалову. В своих воспоминаниях Фонвизин писал: «Шувалов взял меня за руку, подвел к человеку, которого вид обратил почтительное мое внимание. То был бессмертный Ломоносов! Он спросил меня: чему я учился? «По-латыни», – отвечал я. Тут он начал говорить о пользе латинского языка с великим, надо сказать, красноречием» [3].

Блестящий знаток классических языков, М.В. Ломоносов неоднократно подчеркивал важное значение для нужд просвещения и прогресса латинского языка для науки в России. М.В. Ломоносов по праву считался среди современников одним из лучших латинистов Европы. Он прекрасно понимал, что никакой науки – естественной, точной, гуманитарной, а тем более прогресса в ней в отсутствие знаний классических языков ожидать не следует.

Список используемой литературы:

1. Боровский Я.М. Латинский язык Ломоносова // Ломоносов. Сб. статей и материалов. Вып. 4. М.-Л., 1960, стр. 206-218 (перепечатано в кн.: Я.М. Боровский. Opera philologica. [Издание подготовили А.К. Гаврилов, В.В. Зельченко и Т.В. Шабурина.] СПб., 2009, стр. 316-326.

2. Делануа Д. Хрестоматия средневековых латинских текстов. Пособие по истории культуры. – М.: Греко-латинский кабинет Ю. А. Шичалина, 2006. – 104 с.

3. Фонвизин Д.И. Чистосердечное признание в делах моих и помышлениях // Источник: Московский университет в воспоминаниях современников (1755-1917). - М.: «Современник», 1989.